Галишев С.А. Музыкальность времени


Чистое время души способно принять любое стремление. В нем душа, прежде всего, направляется в поисках познания самой себя. Но она тут же встречается с окружающим миром. Стремление времени души приближается к познанию окружающего мира, пронизывающего пространство души в форме представлений. Бытие представлений в душе имеет свою собственную природу, в различных дискурсах познания природа представлений на протяжении всей истории науки наблюдалась достаточно долго. Их материя, их форма, соприкасаясь со временем души  дают отклик, отзыв времени. Психолог изучает формирование впечатлений, непосредственный результат субъект - объектных отношений, но он, при этом, совершенно упускает категорию времени, а время – носитель любого процесса.

Что происходит в отклике времени? Возможна ли фонология, акустика времени? Фонограмма времени может быть непосредственно запечатлена механическим скрежетом одного предмета о другой. Звук времени может быть воспроизведен человеческим голосом, наполняя своим настроением, опять же – модусом, его звуковой состав, тембр, и своей мерой – длительность его звучания. Собственно  говоря, фонограмма внутреннего времени души может быть передана любым инструментом. Но люди, увлеченные восприятием ритма, темпа, музыкального характера звучания физической среды, перестают обращать внимание на внутреннее время музыки. Мы не желаем слышать внутреннее время.

Чистое время трудноуловимо, как правило, оно является как мгновение, мгновенно. После чего остается состояние, по меньшей мере, удивления. В своей являемости чистое время переходит в определенным образом окрашенный звук. У него есть свой ритм, свой характер. Основной тон души наполнен звучанием внутреннего времени. К нему присоединяются мотивы различных восприятий. Конечно, в звучании времени может возникнуть какофония, но также может родиться мелодия, появиться музыка. Блуждание души в мелодических стремлениях угадывает мелодии времени. Основной тон, Grundton , выстраивая аккорды консонансов и диссонансов с отклоняющимися от главного мотива темами, прочерчивает мелодический рисунок и переносит звуковой хаос на нотную линейку. Появляется звукоряд. Мелодии занимают свое место. Структура времени становится полифонической, многозвучной, стройной.

Время слоисто, и полифония времени непосредственно транслирует свою слоистую структуру в физическое измерение, окрашивая своим скрытым звучанием его способность издавать и воспроизводить звуки. История музыки - это свидетельство открытия внутреннего времени души в звуке, свидетельство воздействия внутреннего времени на акустическую среду.

Поиск музыкальных форм неизменно предваряется установлением внутренних форм времени. Музыка мира сливается с внутренним миром души. Общее дело субъективного и объективного времени восстанавливает в падшем времени вечную природу, обращает его к истоку бытия. Материя и воля здесь немыслимы. В музыке времени его универсальность и вездеприсутствие сказываются в способности растворить в некоем единстве все различия, бывающие в душе. Музыкальное время – подача единств и сосредоточений.

Время извлекается из монотонности падшести и приносится в жертву Вечности. В литургии времени различные мелодические рисунки, различные мелодии объединены. Разделенные законами природы, лады времени способны прозвучать без малейшего намека на диссонанс. Грустная и веселая мелодии могут ужиться в нашей душе. Вместе с ними там живут наши диалоги, наша внутренняя речь, чувства и предчувствия.

В течение литургии времени, в любой ее миг, включено множество тем, линий и интервалов музыкального времени. Небо души в полифонии  становится небесами души. Если тоника звукоряда совпадает с истоком моего бытия, то доминанта представляет Вечность, к которой, в конечном итоге, среди горестей и страданий устремляется любое живое существо. В ответ этому трансцендентному стремлению Вечность безусловно раскрыта, и вот тогда уже не человеческое, а нечто большее, - вечное, надмировое, божественное, - начинает звучать в человеческой душе. Вечное входит в земное, и музыка Вечности звучит в человеческом сердце. Небеса небес человеческой души поют в одном хоре с вечностью. Скорее музыка, чем слова, непосредственно изображают   Вечность в нашем падшем естестве. Музыка души универсальна, ее подручным строительным материалом могут быть любые состояния жизни, включая все ее изъяны. Так складывается иерархия музыкальных форм в пространстве времени, открытом колыбельной и завершенном отпетием.

Голос есть у всех живущих. Стон, вопль, крик – это все родовые схватки музыки. Человек не может не петь. Поют все души. Не отсюда ли концепция мировой души, сразу помещенная в религиозный контекст. Музыка всегда  трансцендентна. Голос всегда ищет выход за пределы собственного, индивидуально- сокрытого, бытия. Голос, стремящийся за пределы времени своей жизни, направлен к иному времени. В открытии бесконечного время преодолевает себя в голосе и ищет свою вечную родину.

Когда голосят все, то выходит коллективное пение. Когда многие слушают одного, то все соединяются в музыке времени. Из созвучия индивидуальных душ рождается мировая душа. Она может оказаться гармоничной и стройной, но может быть упадочной и расстроенной. Время поет в человеческих душах. У каждой эпохи свой музыкальный строй, он создается коллективной душой, коллективным временем. Этносы создают этническую музыку на свой лад, кто в горах, кто у реки, кто в поле, распевая вечное время. Слушающий время всегда может расслышать голос другого человека, другой нации, другой эпохи. Среди раздоров, вражды и ненависти подчас только музыка способна соединить распавшийся мир. Скрытое в ней временное  свойство вездеприсутствия  неизбежно заставляет услышать временное и вечное, преодолевающее смерть и разделения падшего времени. Гармония музыки требует прав мира. Музыка бережет время от распада. Вечное в музыке – залог примирения прошлого и будущего. Такова музыкальная работа времени.

 

 из

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal


Обсуждение закрыто.