Выступление на открытии III международного фестиваля визуальной антропологии в Москве 08.10.06


На Открытии Фестиваля – мы в состоянии волнительного ожидания: встреч с друзьями и коллегами, знакомства с разнообразной программой просмотров и выступлений, открытия новых имен, новых впечатлений, познаний…  и  большей внятности в понимании профессиональных и гуманитарных задач визуальной антропологии. Стоит лишь заглянуть в Программу открываемого сегодня Фестиваля, чтобы убедится, как за восемь лет, прошедших с Первого российского фестиваля антропологических фильмов в в 1998 г. вСалехарде, существенно расширилось тематическое поле визуально-антропологической работы.И вместе с тем сложилось более-менее устойчивое разнообразие институций – фестивалей, конференций, университетский и академических центров, сайтов и порталов, профессионалов и зрительских аудиторий, так или иначе этой работой занятых.Уверен, что эти тематические и институциональные расширения будут происходить и дальше.Показательно также, что горячие ранее споры о месте визуальной антропологии в нашей культуре и науке, — о ее отношениях с документальным и научным кино, академической антропологией и культурологией, — о ее месте  в медиа- и образовательном пространствах заметно поутихли, замкнувшись в профессиональных аудиториях. И это естественно. Вместе с тем, нельзя сказать, чтобы наша отечественная, да и мировая жизнь не балует нас новыми вызовами и запросами. Исходная задача визуальной репрезентации культурного опыта, культурного разнообразия человечества не только сохранилась, но и обострилась в ходе процесса глобализации, наростания цивилизационных конфликтов и … робких попыток налаживания культурных, религиозных и цивилизационных диалогов.Для дальнейшего продвижения усилий в этом направлении одного осознания, что духовное, культурное, художественное наследие является важнейшей основой жизнеспоосбности явно не достаточно.Как недостаточно и  опоры исключительно на ценностную риторику, декларативно провозглашающую исходное, заведомое единство этических принципов всех культур, религий и цивилизаций.Что это, как не новая редакция риторики общечеловеческих ценностей, продвигаемая теми доброхотами, кто или забыл о том, что философия ценностей начинала свой путь с «переоценки ценностей», или кто не дал себе труда узнать об этом. И что историческая аксиология была вынуждена признать несходимость жизненных, — инкорпорированных в тело повседневности — ценностей исторически конкретных социальных групп (сословий, классов), этнокультурных и цивилизационных типов общежития?Разве состояние сегодняшних межэтнических, межкультурных и межконфессиональных отношений, и поверхностность множащихся, как грибы после дождя, межкультурных и межцивилизационных диалогов не дает поводов усомниться в плодотворности лобового оптимизма подобной риторики?Ценностные декларации обладают известной воодушевляющей силой, — но только для тех, для кого они уже стали разделяемыми  убеждениями. Если ценностные декларации не получают опоры в креативных, культуро-защитных и гражданских  практиках (тех или иных сообществ), они «зависают», девальвируя до уровням манипулятивных форм интермедйиной активности. Но главное ограничение расхожих ценностных риторик в ином: в их безразличии к строю современной антропологической мысли, к исторически наличному разнообразию антропологического воображения, — то есть к тем образам человека и фигурам человечности, что столь наглядно ярко и явлены визуальной антропологией?Однако, сегодня между ценностной риторикой, её упованиями на возможность ценностного партнерства — и культурным опытом , репрезентированным визуальной антропологией —  зияющий зазор.Энергия его напряжения да послужит шагу вперед в сохранении нашего духовного-творческого наследия и нашей жизнеспособности!

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal

Добавить комментарий