Философия, архив и духовно-творческая традиция


(«Что» и «как» в исследовательской работе с материалами Архива Вяч. И. Иванова)   1. Это заметки – краткий синопсис к обозаченной в  заглавии теме[1]. Синопсия - жанр философско-методологической мысли, распределенной и упорядоченной во времени таким образом, что в ней сочетаются как его направленность от прошлого - к будущему, так и направленность от будущего - к прошлому. Подобная схема обращаемого сознавания времени известна по крайне мере с «Пифагорейских золотых стихов»[2] и спонтанно обнаруживается в разных периодах истории и областях культуры. Суть ее, пожалуй, доступнее всего может быть выражена словами Г.И. Гурджиева, согласно психопрактичским рекомендациям которого каждый свой день мы должны заканчивать просмотром событий дня в обратном порядке времени: от момента засыпания, до начала прошедшего дня. С таким же родом суждения, но уже в иконологическом контексте, - мы встречаемся в «Иконостасе» свящ. Павла Флоренского: во сне время течет в направлении обратном дневному времени. Тем самым к популярным в начале XX в. исследованиям феномена обратной пространственной перспективы, добавилась обратная перспектива временная. В церковном воззрении она известна как смертная память, согласно которой мы все происходящее с нами в текущей жизни отсматриваем из перспективы своей собственной конечности во времени. Опороной точкой этого синопсиса для меня стала поэма Вяч. Иванова «Сон Менелампа», возвращащающая читателя во времена греческой архаики: в море глубоком навстречу друг другу текут потоки: из прошлого время причин и время следствий из будущего [3]. Этими примерами из древности и современности я, пропуская многие промежуточные моменты, бегло иллюстрирую спонтанную регенерацию схематизма обращаемых темпоральных перспектив. Чтобы задать вопрос: - как в рамках такого схематизма видится-понимается, мыслится настоящее время, и современность, почему то заведомо и не критически отождествляемая с мимотекущим настоящим; - и какие стратегии навигации в рамках такого схематизма могли бы быть признаны правдоподобными и плодотворными, а потому не только современными, но и актуально значимыми?   2.  В связи со словом «современность» приходится  вспомнить о философских истоках и опорах философско-поэтологической мысли Вяч. Иванова, отметив ее поколенческую обусловленность. Дело в том, что тема обращаемого сознавания времени получила новое освещение в лекциях Гуссерля 1905 и 1910 г.г.,  изданных Хайдеггером в 1928 г.[4], и стала одной из основ феноменологической философии, существенно изменившей интеллектуальный ландшафт европейской мысли и культуры. Процесс этого изменения оказался весьма стремительным: так Хайдеггер, подхватив инициативу Гуссерля, в 1925 г. читает обстоятельный курс лекций «Пролегомены к истории понятия времени»[5], непосредственно предшествующий выходу в свет его главного философского сочинения «Бытие и время». Как известно в России участие в феноменологическом движении началось усилиями представителей следующего за Вяч. Ивановым поколения русских мыслителей в 10-20-г. И вскоре был пресечено новой, сильно индоктринированной политической властью. Даже А. Ф. Лосев имел возможность творчески соприкоснуться с феноменологией лишь на ранних этапах ее становления. Что касается Гуссерля, Хайдеггера и других известных имен, то их филоосфская работа продолжалась еще долгие годы, тогда как плотное соприкосновение с ней в России  возобновилось лишь вместе с Оттепелью. То же самое можно было бы сказать и об архетипической психологии (вкупе с другими школами гуманитарной и трансперсональной психотерапии), об аналитической философии, об углубляющемся взаимном размежевании филологии и лингвистики, мифоритуальных и мифопоэтических штудиях … да и о многом другом.   Ни мало не сомневаясь в плодотворности собирательской, комментаторской, исследовательской и издательской деятельности на основе архивов Вяч. Иванова, - ожидая выхода в свет  академического собрания его сочинений, - я все же позволю себе спросить: все ли это, что можно быть сделано для введения в современный культурный оборот того духовно-творческого наследия, что (за)архиворовано в нем самой историей? Вспоминаются годы, когда появление трудов  выдающихся русских религиозно-философских мыслителей в серии «Философское наследие» воспринималось чуть ли не как возрождение - и залог развития - самой этой мысли. А потом начали выходить их собрания сочинений, авторские учебники по истории русской философии … и оказалось, что это далеко не так, что требуется еще какое-то иное усилие, творческое и нравственное  пере-про-мысливание ее горизонтов, утверждающее суверенность этой мысли, ее самоценность, историческое самоподобие и самодействие.   Нечто подобное стоило бы, - а по совокупности уже проделанного, я думаю, и практически посильно , - осуществить на путях Вяч. Иванова.   (Далее продолжения и расширения об агиогратии, оккультизме, процепции и аккультурации, цивилизационной синергии ... и практиках чтения, поддерживающих причастность к духовно-творческой традиции).                    


[1] О синопсии как жанре философско-методологической мысли наша статья: Синопсия: о том, как брать пробы будущего  / Антропопраксис.Ежегодник гуманитарных исследований. Т 4. / Гл. ред. Б.Д.Эльконин;  Отв. ред. С.Ф.Сироткин. - Ижевск: ERGO, 2012. С. 177 - 198. Сетевая версия: http://prometa.ru/prep/6/print/.
[2]  Пифагорейские золотые стихи с комментарием Гиерокла / Пер. с древнегреч. И.Ю.Петер. М.: Алетейа, Новый Акрополь, 2000. - 160 с. Считается, что этот текст восходит к VI в. до Р.Х., но относится к глубочайшему орфическому пласту греческой архаики.
[3] Виктор Троицкий. Об одной модели времени у Вяч. Иванова // Символ, № 53-54, 2008. Париж-Москва. С. 815 – 825.
 [4] Edmund Husserl. Vorlesungen zur Phenomenologie des inneren Zeitbewuβtseins. Halle, Max Niemeyer, 1928. Рус. пер.:  Гуссерль Эд. Собр. соч. Том 1. - Феноменология внутреннего сознания времени. Пер. и вступ. статья. В. И. Молчанова. М.: Изд-во «Гнозис», 1994. – 192 с. [5] Опубл.: Martin Heidegger. Prolegomena zur Geschichte des Zeitbegriffs. / Gesamyausgabe B.20. Frankfurt am Main: Vittorio Klostermann, 1979. Рус. пер.: Хайдеггер М. Пролегомены к истории понятия времени.Пер. и послесловие Е. Борисова. – Томск, Из-дво «Водолей», 1998. – 384 с.

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal

Добавить комментарий