ЖЕЛЕЗКО С.Н. МЕСТО РЕЛИГИОЗНЫХ ОБЪЕДИНЕНИЙ В РЕГИОНАЛЬНОМ РАЗВИТИИ


Автор:Железко С.Н.
Источник публикации: Материалы Форума «Стратегии регионального развития» Казань2003

 
Старец Порфирий говорил: «Люди могут приобрести понимание путей Божиих и совершенно ясно увидеть впереди себя хаос и сказать: «Э! Мы падаем в хаос, мы заблуждаемся. Все назад, все назад! Вернитесь назад, мы ошиблись!» И станут снова на путь Божий, и воссияет наша Православная вера. Бог действует так, — заключает старец Порфирий, — что человек мало-помалу поворачивает и идет туда, куда нужно». Мучает одно: успеем ли?
Вопрос: «Куда нужно?» — центральный, главный при разработке стратегии развития. Как известно, главная ошибка управленца, а тот, кто разрабатывает стратегию, без сомнения считает себя управленцем, не в том, что он делает что-то не так, и не в том, что он ничего не делает, а в том, что он делает не то, что нужно! Стратегия как компас определяет верное направление движения, указывает, где находится так всеми искомый «перед». К нему призывают идти партии и политики, правда, сами они толком не знают где он.
Зависит ли верное направление движения от среды, в которой мы находимся? – Нет! От ресурсов, которыми мы располагаем? – Нет! От параметров движения наших партнеров, союзников, контрагентов и врагов? – Нет! На первый взгляд – это не так. Но при внимательном рассмотрении придется согласиться с тем, что другие параметры движения зависят от перечисленных факторов, а верность выбранного направления нет.
От чего же зависит выбор верного направления движения?
Понятно, что направление движения определяет субъект, принимающий решение, даже в том случае, если его принуждают к этому обстоятельства. Он же – субъект – оценивает правильностьвыбора направления движения: верный выбор или ошибочный. Если оценка происходит до начала (или в начале) движения, то это стратегическое решение, если в ходе или в конце пройденного пути, то это непродуманное решение, если по итогам пройденного пути, то это было волюнтаристское решение.
Коль скоро выбор и оценка делается субъектом – лицом, принимающим решение о направлении движения, то и поиск критерия «верности» надо искать не в самом движении, его среде или условиях, а в этом субъекте. Из сказанного следует, что стратегическое решение всегда субъектно и, следовательно, субъективно. Оно субъективно даже тогда, когда опирается на самую современную и общепризнанную научную базу! Хотя бы потому, что ответственность на «базу» не переложишь. Субъективно, даже тогда, когда все считают такое решение правильным и тем очевиднее тогда, когда большинство с выбором не согласно!
Таким образом, «компасом» стратегических решений является субъект управления, т.е. человек или группа людей. А стратегическое решение – это выбор верного направления движения.
«Верного» — от верный, вера! Для человека православного или идентифицирующего себя в другой конфессии – это очевидный вывод. Верное решение то, которое согласуется с конфессиональным представлением о Вере. Здесь лежат давно сформировавшиеся критерии стратегических – верных – решений. Кладезь этот бесценен, неисчерпаем, успешно реализуется на протяжении веков.
Общеизвестно, что основные конфессии России существуют на земле не одну сотню лет и самим фактом своего бытийствования уже неопровержимо доказали, говоря современным светским языком, наличие у них собственных стратегий развития. И отношения с другими субъектами стратегирования они строят осмысленные. По вполне понятным причинам основные конфессии в своей лексике, сформировавшейся задолго до сегодняшних дней, не употребляют современных научных терминов. Однако это не дает нам никаких оснований сомневаться в том, что они владеют смыслами и содержанием рассматриваемых категорий и соответствующей деятельностью.
В отличие от основных конфессий, имеющих и успешно реализующих свой концептуальный (духовный), волевой (мотивационный), кадровый и организационный потенциалы, светская часть российского общества и, прежде всего властные структуры, не обладая в полной мере перечисленными ресурсами, остро переживает негативные тенденции своей эволюции. Конфессии понимают состояние светских институтов и выстраивают с ними адекватные отношения, сохраняя свое и их достоинство. В то же время, беспристрастный наблюдатель легко заметит, что конфессии к светским институтам относятся как здоровый к больному – милосердно, с надеждой на то, что они выздоровеют в ближайшей перспективе!
По моему мнению, среди светских институтов очень не много реальных субъектов стратегирования. А те, кто пытаются быть таковыми, в лучшем случае озабочены стратегией выживания, а не развития.
Для человека не воцерковленного, т.е. мирского или светского с атеистическим мировоззрением сделанный вывод совсем не очевиден и требует определенных, конечно же, научных обоснований. Он верит в могущество науки и стремится получить (выработать) научное обоснование стратегических критериев развития.
Но дает ли гарантию истинности современное научное обоснование? Не содержит ли оно методологической ошибки? Коль скоро речь идет о региональном развитии территорий, где проживают миллионы соотечественников, эта ошибка может стать роковой! Наша новейшая история показывает многочисленные тому примеры.
Нынешнее духовное и социально-экономическое состояние российской действительности, не есть ли следствие стратегических ошибок материалистической науки?! Не заметив этой ошибки в начале пути, большевики последовательно реализовали ошибочную, переросшую в преступную стратегию. Не желание признать методологическую ошибку привело их к догматизму, искаженному пониманию смыслов общественного развития. За эту ошибку и вытекающую из нее ложь расплатились и продолжают расплачиваться все участники почти столетнего социального эксперимента: и виновные в нем и не виновные.
Стратегии конфессиональных сообществ ориентированы не на развитие (это светский, цивилизационный термин), а на стремление к Истине, служение Истине, движение к Истине! Конфессиональная культура (при всех меж конфессиональных различиях) имеет глубокую, разветвленную, проверенную временем духовную основу, духовную практику и искреннюю веру в Истину. Меняются исторические декорации, а эти основы остаются столь же актуальными и живыми для новых поколений, как и для предшествующих.
Светские институты и их попытки обеспечить свою выживаемость за счет стратегирования напоминают опасную игру детей, которые ради своих забав по незнанию или из-за детского эгоизма могут разрушить и родительский дом и всех его обитателей. Дети, увлеченные своими шалостями, как правило, не видят последствий. Они отличаются от родителей не только этим, но и тем, что они пока еще неведующие. Неведение детей простительно. Неведение социальных институтов сродни невежеству – пагубно.
Принципиальное отличие большинства светских стратегий от конфессиональных в их наивности, поверхностности, экстраполятивности. Дальше примитивной борьбы за ресурс они, как правило, не идут, а, следовательно, качественно не влияют на равнодействующую социально-экономического движения человечества в пропасть самоуничтожения.
Я далек от мысли делать какие-либо квалификации. Свою скромную задачу я вижу, как попытку через дискуссию преодолеть собственные сомнения. Попытаюсь через демонстрацию собственного понимания столь сложного и актуального вопроса преодолеть еще одну ступеньку неведения. В данной статье я намеренно избегаю знаний, сосредоточив основное внимание на предъявлении своего понимания. Знания как станет понятно из последующего изложения относительны. Понимание позволяет раскрыть позицию автора, предъявить его субъективное видение проблемы, а это и есть приглашение к заинтересованному диалогу.
Надежда достичь взаимопонимания в вопросах стратегирования зиждется на высказанном выше утверждении: выбор направления движения субъектен и субъективен. У истоков стратегического выбора всегда стоит субъект. Назовем его субъектом стратегирования. Его зависимость от социальных институтов общеизвестна, но, к сожалению, никак не уменьшает ответственности за сделанный выбор. С субъектами стратегирования властвующих и хозяйствующих организаций, как я предполагаю, есть шанс, может быть и не сразу, достичь понимания, а может быть и взаимопонимания. Последнее есть реальная предпосылка к взаимодействию.
Для краткости изложения своей позиции по вопросам стратегирования приведу пространство самоопределения для субъекта стратегического решения. Целостно представленное пространство делает видимым и понятным источник возможной ошибки при выборе направления развития. При этом я прошу прощения у просвещенного читателя за упрощения, которые заложены в схему. Она нужна нам только для изложения позиции автора, которая вводит в круг рассмотрения важные смыслы, обеспечивающие целостный, научный характер разговора о стратегировании. При этом мы понимаем стратегию территориального (поселенческого) развития как инструмент изменения социальной сферы.
Мир, в котором мы живем условно можно представить как единство четырех плоскостей, на которые как бы проецируется для удобства анализа наша действительность (см. рис. 1). Каждый из миров в большей или меньшей степени изучен и описан как некая многомерная реальность. В каждой из этих реальностей есть своя природа, свое представление о времени, действуют свои законы, т.е. они сущностно различны.
Важно отметить, что материальный мир дан нам в ощущениях, мы его воспринимаем непосредственно. Когда чувствительность органов восприятия недостаточна, мы с помощью науки создаем «усилители» — приборы, помогающие нам в познании материального мира. В последние двести – триста лет человечество преуспело в познании материального мира, а принципы его познания и освоения нашли воплощение в общепринятой и как мы видим эффективнойестественнонаучной методологии познания.
Социальный мир – мир отношений, в которых находятся населяющие планету люди. Этот мир кажется видимым, как и материальный, но на самом деле он латентен (скрыт от прямого восприятия), так как у человека нет органов, которые непосредственно могли бы воспринимать отношения так же непосредственно, например как цвет, запах или боль. Более тонкая, подвижная и вероятностная природа социального мира требует и своей методологии познания. Но успехи естественных наук во второй половине ХIХ века были столь впечатляющи, что гуманитарии не успели оглянуться, как в сферу их деятельности ворвалась естественнонаучная методология познания. А на плечах последней и воинствующий атеизм.
Духовный мир – мир Веры, мир чувств, смыслов и осмысленности, работы индивидуального сознания и Духа. Это еще более невидимая для органов восприятия человека реальность. Здесь «зрят» сердцем. Для верующего этот мир так же реален, как и другие миры. Для атеиста – это тера инкогнито. Отрадно то, что естественнонаучная методология познания не оказала существенного влияния на сложившуюся задолго до нашего времени методологию познания (точнее понимания) Духовного мира. При внимательном рассмотрении мы увидим, что методология познания Духовного мира содержит в себе все необходимые отправные моменты для познания социального мира, т.е. формирования собственно гуманитарной методологии познания, опирающейся на субъект – субъектные отношения.

С
М
Д
Ад

Рис. 1 Модель пространства самоопределения стратегического субъекта.
Где:
М – материальный мир;
С – социальный мир;

Д – духовный мир;

Ад – антидуховный мир.

· Линия МДС – выработка стратегии ориентирующейся на духовные критерии развития;
· Линия МАдС – выработка стратегии ориентирующейся на антидуховные (например, атеистические) критерии развития;

· Линия МС – иллюзия: случайно она может приближаться к линии МДС, но, как правило, она приближается к линии МАдС или совпадает с ней.
Антидуховный мир – мир неверия, мир других смыслов, иной осмысленности, установок и чувств. С позиции верующего человека этот мир реален, но пагубен. Он источник человеческой черствости, преступлений, лжи – это враг. Враг и любой его представитель. У атеиста, как правило, нет антипатии к этому миру и неприятия его, ведь ему кажется, что он внеантидуховного мира. На самом же деле это ему только так кажется!!
Естественнонаучная методология познания, опирающаяся на субъект (познающий) – объектные (познаваемый) отношения, с использованием манипулятивной техники взаимодействия с объектом, в определенном смысле близка методологии познания антидуховного мира. Но рассмотрение этого сюжета выходит за рамки нашего предмета.
Наука об управлении, которую часто называют менеджмент, синтезирует в себе знания естественных и гуманитарных наук. Это общеизвестный факт. За период с момента своего возникновения, а прошло немногим более 100 лет, в ней сформировалось пять поколений управленческих технологий, пять теоретических школ. Исторический взгляд на развитие школ менеджмента очень показателен, а вытекающие из него выводы актуальны для нашей темы. В частности, вырастающий в последние годы из ситуационного национальный менеджмент все более остро нуждается в знаниях из духовного мира и испытывает потребность в адекватной предмету методологии познания социального мира.
Методология гуманитарного познания как научный способ освоения социальной сферы и инструмент теоретического развития менеджмента должна прийти на смену естественнонаучной парадигме. Историческая ошибка должна быть исправлена. В самом деле, стратегический менеджмент предполагает реалии духовной жизни в организации, которые должны быть осознаны и сформулированы в ее миссии. Миссия не может быть «выдумкой» управленческих консультантов построенной ими на основе методологии естественнонаучного познания. Миссия – осознанное коллективом и менеджерами организации ее предназначение. А это духовная категория!
Наша позиция по критериям стратегирования территориальных единиц такова: чем ближе критерии развития при разработке стратегии к плоскости «Д» и полнее в них отражаются смыслы и содержание этой плоскости, другими словами, чем более полно и артикулировано духовное содержание миссии, тем правильнее сделан выбор направления движения, тем «научнее» стратегия развития.
Социальные доктрины ряда конфессий России – это протянутая рука к светской власти и институтам для их ориентации: где искать опору, ориентиры для смены парадигмы светской жизни. В этом просматривается одно из проявлений их стратегичности.
Могут ли развиваться светские доктрины стратегирования? А это означает ни много, ни мало отказ их теоретиков от естественнонаучной парадигмы познания и освоения ими гуманитарной! На эти вопросы могут ответить не только лидеры светских институтов, но и должны ответитьграждане регионов, поселений и страны в целом. Конечно, при условии, если последним дадут выразить свою волю, а не будут их обрабатывать информационными дефолиантами, затыкать рот кляпом антироссийски настроенных СМИ, отнимать будущее у населения и страны атеистическим развращением и растлением молодежи.
Социальные доктрины конфессий следует понимать, как попытку поделиться со светскими институтами богатством Истины и смыслов, проистекающих из Нее. Имеющий уши да услышит!? Воспримут ли, поймут ли светские институты смысл действия конфессий, воплотившийся в подготовке и доведении до общественности социальных доктрин? Успеют ли они подняться до осознания и осмысления позиции конфессий? Сколько отведено времени на этот шанс? Или так и останутся погрязшими в суете выживания за счет ближнего, не поняв, а значит, отвернувшись от эстафеты целостности государства и его миссии на земле?
Вероятно, гражданские движения, прежде всего конфессиональные должны пытаться помочьмногим светским институтам власти оторваться «от корыта», осмотреться и понять собственную беспомощность, неведение, безответственность, а значит и преступность реализуемой ими в настоящее время политики. Возникает вопрос: есть ли механизм такого воздействия или взаимодействия?
Конфессиональное сообщество – не светский институт и к нему не применимы критерии развития в научно-цивилизационном понимании. Однако члены конфессий, верующие люди, братья и сестры могут искать и находить формы проявления гражданских инициатив, позволяющих в миру более полно и последовательно реализовывать ценности и смыслы своей Веры, своего мировосприятия и мировоззрения. Примеров такого рода инициатив великое множество. Чаще всего это индивидуальный и групповой уровень работы прихожан «вокруг» церквей и монастырей. Подобные начинания не могут не радовать, как радуешься весенним сочно-зеленым побегам. Но берет и беспокойство, чувствуешь тревогу за хрупкую, ранимую поросль. Как ее сберечь, поддержать, помочь?…
Недостаточная разработанность парадигмы гуманитарного познания и очевидно малое число ее сознательных сторонников и последователей обедняют палитру возможностей для конфессиональных сообществ вмешаться в процесс «созревания» светских, в том числе властных институтов. Методология же естественнонаучного познания дает нам совершенно негодные рецепты. Например, политическое движение, ориентирующееся на конфессиональные ценности. В основе такой попытки лежит ложь. История показала бесперспективность и пагубность такого рода начинаний (авантюр).
Для гуманитарной парадигмы понимания социальной реальности важным является ответ на вопрос о российской гражданской идентичности, о механизмах ее реализации. Актуален он и для россиян – граждан-патриотов страны. Ответ на вопрос о гражданской идентичности не разработан. Сложность заключена в том, что идентичность как результат есть итог внутренней, латентной работы человека – гражданина. Конфессии содействуют этому процессу, помогая человеку освоить вообще культуру внутренней работы, формируя среду и условия, при которых она (внутренняя работа) провоцируется и может протекать.
Светские институты власти, вероятно, не ведают: о чем вопрос, какова его цена? И поэтому вольно или невольно мешают, препятствуют естественному и тонкому процессу гражданской идентичности, навязывая через свои СМИ западноевропейские или другие чужие клише для подражания.
Вопрос о модели гражданского общества актуален для властных структур, но особенно для стоящих у власти групп менеджеров. Угадать модель – получить преимущество в политической борьбе на ближайших выборах. Для сторонника естественнонаучной парадигмы вполне правомерны следующие вопросы: не ради ли прагматического результата устраивается и сам форум? Не хотят ли его инициаторы «выловить» свеженькую идею для пиар технологий на предстоящие выборы?
В среде господствующей доктрины жесткого (манипулятивного) взаимодействия в политической сфере у нас нет оснований отбрасывать такую возможность. Но в этом случае естественно возникает ряд вопросов: нет ли опасности в том, что участники форума, принадлежащие к основным конфессиям России, своим участием будут соблазнять светские институты (властные и политические структуры) механически, подражательно заимствовать конфессиональную культуру (ее внешнюю часть) для придания привлекательности своему имиджу, своим приближающимся предвыборным кампаниям?
Не будут ли такие участники форума способствовать девальвации конфессиональных ценностей, символики, языка и понятий? Ведь все, что попадает в политическую предвыборную «мясорубку» очень быстро «изнашивается», утрачивает ценность и привлекательность. Конечно, такая опасность вполне реальна!
Но есть и опасность другого рода – опоздать, упустить шанс повлиять на процесс поиска. Ведь форум «Стратегии регионального развития» вполне уместно понимать как поиск согражданами ответов на волнующие общественность вопросы. При таком прочтении предназначения форума, помня возможную опасность, не следует отказываться от поиска диалога с теми представителями светских институтов, которые ищут своей гражданской и конфессиональной идентичности. И если они являются стратегическими субъектами, то значит, у них есть шанс прямо здесь и теперь в ходе и по итогам форума принять организационные решения, предусматривающие расширение участия конфессиональных сообществ в разработке стратегий развития поселений и регионов.
Но как можно расширить участие конфессиональных сообществ в разработке стратегий развития поселений и регионов?
С Божьей помощью, мы найдем ответы и на этот вопрос. Благо опыт такого рода начинаний имеется у участников нашего круглого стола. Найдем все вместе, в ходе совместной работы (см. P.S.).
Гуманитарная парадигма предполагает, что если нужное (стратегическое) направление выбрано, то способ движения в принятом направлении созидается, как раз теми, кто выбрал этот путь и намерен его пройти. Способ движения в гуманитарной парадигме не может быть привнесен, а тем более навязан субъекту. Это есть плод его усилий, его победа над неизведанным, над собой. Отсюда и гарантия его пытливого отношения ко всем параметрам процесса реализации стратегии и при необходимости своевременной модернизации способа движения.
Субъект стратегирования ориентирующийся на гуманитарную парадигму должен отчетливо понимать, что успешно реализовать стратегию может только тот, кто ее разрабатывал. Стратегия не здание, ее нельзя целостно (без искажений) передать от одного владельца – разработчика, другому владельцу – заказчику. Духовная компонента стратегии в этом случае просто утрачивается, потому что она не отчуждаема. Не в этом ли непонимании кроется причина непредсказуемых бедствий для граждан региона или страны, когда проводится очередная директивная (идущая «сверху») реформа.
Таким образом, стратегия без своей духовной составляющей трансформируется, увы, встратегию с антидуховной составляющей. А это очевидно уже совсем другая стратегия, ведущая, как правило, не к региональному развитию (в какие бы научные и современные термины ее не обрядили), а к региональной деградации даже на фоне временных экономических улучшений.
P.S. Замечания участника по итогам форума:
1. Разрозненное расположение на территории Казани трех площадок, где проходила работа сессий, и сопутствующие действия организаторов форума не оставили никаких сомнений в том, что организаторы не планировали клубного неформального общения участников. Это был их стратегический ориентир. Что еще было написано в не предъявленном протоколе организаторов форума?
2. Содержательные лидеры форума отчетливо придерживаются естественнонаучной парадигмы. Это проявилось и в том, как была организована работа площадок и сессий. На них в лучшем случае произошел частичный обмен знаниями между участниками. И не смотря на высокий потенциал аудитории, каких либо содержательных совместных продвижений не произошло. Да и не могло произойти в заданной архаичной форме работы: доклады и содоклады.
3. Показателен расклад позиций участников третей (гуманитарной) площадки форума. Готовность к конструктивному межконфессиональному диалогу продемонстрировало большинство участников, в позиции которых просматривалась конфессиональная идентичность. Не имеющие таковой или атеистическая часть ученых-гуманитариев не проявили интерес к движению в этом направлении.
4. Выражая благодарность организаторам форума, хочу просить Бога о поддержке той части их начинаний, которые способствуют возрождению собственной силы страны. «А сила эта, сила наша – воистину велика и мощна при согласии и единодушии всех сторонников и защитников религии, нравственности и государственного порядка»¹.
_________________________
¹ И. Восторгов Единение всех положительных сил жизни. ПСС, том 2, стр. 161. – М., 1995.

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal

Добавить комментарий